(Про)российская пропаганда пытается убедить, что Россию невозможно остановить. Однако выборы в Молдове показали, что, когда ей противостоят умно, Москва не может выиграть гибридную войну даже против страны с бесконечно меньшими ресурсами. Уроки Молдовы могут быть полезны и для НАТО, и для Румынии.
Две революции в Молдове в сравнении с гибридной войной России
Майя Санду нанесла Путину болезненное поражение. Победу, которую президент Молдовы добилась не благодаря удаче или международной конъюнктуре, а благодаря своему видению, воплощенному в жизнь с большой смелостью и решимостью. Парламентские выборы в Республике Молдова стали кульминацией геополитического разделения населения этой страны и одновременно настоящей переписью молдаван, принявших западную идентичность.
На самом деле, на фоне войны в Украине, которая превратила Молдову в первую линию фронта гибридной войны России против Европы, происходят две революции, которые обусловливают и влияют друг на друга. Одна из них – национальная, с явным стремлением к румынской и западной идентичности, которая продолжает начатую в середине 80-х годов, но остановленную Россией конфликтом в Приднестровье. Другая – гражданская, которая использует органическое развитие молдавского общества, цель которой – вырвать Республику из постсоветской зоны и политически поместить ее в пределы европейских границ. Отсутствие националистических акцентов в политике властей в Кишиневе и интерпретация конфликта с Россией Путина исключительно в ключе демократических ценностей оказали стабилизирующее влияние на межэтнические отношения в Молдове, несмотря на попытки России их обострить.
Такая ситуация оставляет открытым путь для участия русскоязычного населения Молдовы в гражданской революции. «Русский мир», на котором Путин в значительной степени основал свою стратегию вечного удержания бывших республик в политическом чистилище постсоветского пространства, начинает раскалываться. Это произошло в Украине с самого начала войны и продолжает происходить в Молдове и Казахстане в результате столь же смелых, но очень разных по своим целям и способам реализации стратегий.
Как можно бороться с гибридными операциями России. Уроки конфронтации в Молдове
Помимо эйфории и сравнительного спокойствия, которые принесли нам их результаты, эти выборы дали также ряд уроков не только для Румынии, но и для других стран, вовлеченных по своей воле или против нее в пропагандистскую и когнитивную войну, которую Россия ведет против Запада.
Впервые в европейской практике власти в Кишинёве построили всю свою кампанию по противодействию российскому влиянию на избирательный процесс в манере военной контрразведывательной операции в военное время.
Проявив смелость и, прежде всего, способность действовать заблаговременно, Кишинёв нанес решительный удар по ключевым точкам, на которых основывалась стратегия отвлечения внимания Кремля. Запрет прокремлевских изданий и телеканалов и частичное разрушение сети избирательной коррупции в Гагаузии в подходящий момент не только значительно снизили эффективность российской кампании по дестабилизации Молдовы, но и вынудили посредников Москвы в Молдове к ряду контрпродуктивных политических импровизаций. Получив от разведывательного сообщества конкретную и полную поддержку в виде быстрого судебного процесса над Евгенией Гуцул, судебный аппарат Молдовы сумел серьезно умерить тех, кто считал себя защищенным благодаря принадлежности к московской сети. Приговор посреднику Илана Шора из Гагаузии к семи годам тюремного заключения значительно снизил энтузиазм и эффективность сети избирательной коррупции в Молдове, а кроме того, показал даже самым радикальным врагам Майи Санду, что предполагаемая власть картонного миллионера, укрывшегося при дворе Путина, – не более чем миф, поддерживаемый российской пропагандой.
Несмотря на представление о том, что они учатся на своих ошибках, стратеги из кабинетов Администрации Президента в Кремле действовали в Молдове арогантно и грубо, что значительно облегчило задачу властям в Кишинёве. Публичные заявления о «ежемесячной помощи», предоставляемой Москвой пенсионерам в Гагаузии, интенсивные сообщения о визитах Евгении Гуцул в Москву и легкие пропагандистские монтажи Ирины Влах и Виктории Фуртунэ ускорили разграничения и в то же время значительно углубили траншеи политической борьбы в Молдове.
Несмотря на политические риски, которые представляла такая позиция, меры, принятые Кишинёвом для пресечения участия в сетях избирательной коррупции, были направлены не только на чревовещателей, но и на марионеток. Штрафы, наложенные на тех, кто организовывал покупку голосов на местном уровне, а также на тех, кто получал деньги, чтобы реализовать политический выбор, который, скорее всего, у них и так был, значительно ограничили возможности российского механизма по организации протестных акций и созданию впечатления общества, находящегося на грани взрыва.
На этом фоне власти в Кишинёве постоянно, четко и последовательно сообщали не предположения и версии, а факты, имена, места и ответственных лиц. Значительно сократив количество избирательных участков на враждебных территориях, в России и Беларуси, и жестко контролируя пути сообщения между левым и правым берегами Днестра, власти в Кишинёве стремились не столько ограничить возможность выражения избирательных предпочтений молдавскими гражданами из этих территорий, сколько, прежде всего, уменьшить возможности посредников Москвы беспрепятственно перемещать значительные массы «избирателей» из одного места в другое. Таким образом, Кишинёв показал, что демократические процедуры могут быть изменены в пределах конституционных рамок с целью эффективной защиты демократии, не прибегая к проблемным решениям, как это было в Румынии.
Самый важный урок, который Румыния должна очень внимательно изучить, связан с сохранением политических предпочтений диаспоры. Как и в случае с президентскими выборами в этом году, молдавская диаспора сыграла решающую роль в победе демократических сил. Хотя российская пропаганда изо всех сил пыталась изменить тенденцию, молдавская диаспора не была оторвана от двух революций, происходящих в Молдове. В отличие от Бухареста, который имеет в своем распоряжении целый арсенал средств и процедур, которые он может использовать, если захочет, Кишинёв мог безоговорочно рассчитывать только на популярность президента и ее способность предложить молдавской диаспоре убедительную перспективу. Молдаване из диаспоры устояли перед соблазном «антисистемного» путинизма и не поддались на националистические сирены, которые также исходили из Кремля. Вывод из этой ситуации заключается в том, что такой когнитивный кризис, как тот, который переживает большая часть румын, нельзя преодолеть только техническими средствами, поскольку надежное лидерство является, безусловно, самой важной частью решения.
Неспособная захватить Молдову с помощью выборов, Москва попытается дестабилизировать ее и даже организовать государственный переворот
Помимо всех этих успехов, пока война будет продолжаться, Россия будет пытаться дестабилизировать Молдову. До пересмотра тактики на местах, в качестве первого шага, Москва будет стремиться делегитимизировать новую молдавскую власть, заявляя по всем доступным ей каналам, что выборы были сфальсифицированы. Поскольку выборы в Молдове показали, что пределы демографического бассейна российской пропаганды достигнуты, в будущем можно ожидать, что люди Кремля уделят особое внимание технике государственного переворота, стремясь культивировать в Молдове социальную нестабильность и нарушить межэтнический баланс.
Одновременно Молдова и президент Майя Санду станут частью общеевропейской пропагандистской кампании, развернутой Москвой и ее сторонниками в разных странах, которая продвигает идею о том, что мы находимся на пороге исторической сделки между Россией и США, ставшей предметом торговли для стран бывшего коммунистического блока. В таком контексте само собой разумеется, что бывшие советские республики считаются российской территорией, а цель такого дискурса — заставить лидеров стран, противостоящих российскому вторжению, почувствовать себя неполноценными, демотивировать их и даже запугать.
Цель пропаганды: убедить, что восстановление сферы влияния России неизбежно. Однако выборы в Молдове показывают, что русских можно остановить
На самом деле, своей агрессивной пропагандой Россия хочет скрыть экономические и демографические трудности, с которыми она сталкивается, но прежде всего скрыть свои стратегические политические провалы. Ситуация, сложившаяся в эти дни на границах между Китаем, Казахстаном и Россией, которая значительно замедлила поток российского импорта китайских технологий и продуктов двойного назначения, показывает, что Москве не удалось сформировать антизападный альянс со странами Южного полушария, в первую очередь с Китаем.
Хотя исторический фольклор приписывает российским лидерам склонность к стратегическому мышлению, Путин изо всех сил старается доказать обратное. Россия поставила на эту войну слишком много, чтобы выйти из нее без серьезного риска для стабильности режима. На самом деле, за исключением оккупации Киева и ликвидации независимой Украины, что маловероятно, ни один из промежуточных результатов войны не лишен политических рисков для Путина. Поэтому основное направление атаки против Европы, которая пока является крупнейшим финансистом украинских военных усилий, будет заключаться в попытке парализовать механизмы НАТО. Повторные вторжения в воздушное пространство с помощью самолетов или дронов, различные формы паразитирования системы спутникового позиционирования и диверсии на территории стран НАТО, которые, несомненно, будут умножаться, будут тщательно дозированы, чтобы создать напряженность, но не запустить механизм коллективной обороны. Цель состоит в подрыве доверия к Альянсу и, в особенности, убеждения в том, что союзники полны решимости защищаться совместно.
Как только исчезнет доверие к НАТО, Россия ожидает, что европейские политики, особенно из бывших коммунистических стран, будут искать альтернативные решения, одновременно принимая идею европейских переговоров по безопасности, которые вновь официально закрепят существование сферы влияния России. План России является долгосрочным и довольно рискованным, но на данный момент это единственный план, который она может реализовать без серьезной угрозы для политического режима. Именно поэтому первый урок выборов в Молдове является и самым важным.
