Воля населения Донбасса присоединиться к России должна быть уважаема, и Москва не согласится на прекращение огня, пока Украина остается вооруженной, сообщает прокремлевская пресса.
НОВОСТЬ: «Абсолютно неприемлемо, как вы понимаете, для нас сохранить давно нацифицированную Украину и милитаризованную Украину. Это прямо противоречит целям специальной военной операции», — отметил министр иностранных дел добавив, что Россия не согласиться на прекращение огня в Украине, если другая сторона будет вооружена […]
По словам Лаврова, признание реалий на земле в украинском конфликте представляет собой вопрос «не про территории», а про мнение людей на этих землях.
«Реалии, еще раз хочу сказать, это не про территориальный вопрос. Реалии на Земле отражают мнение проживающих на соответствующих территориях людей, которых пришедший к власти незаконный киевский режим расценивал как террористов, называл их существами, нелюдями, чей язык, чью культуру, религию, традиции киевский режим законодательно запретил. И вот люди, проживающие на этих землях, высказались на референдумах о том, как они хотят дальше строить свою судьбу — в составе Российской Федерации. И вот в этом смысле существует территориальный вопрос. От людей надо отталкиваться».
НАРРАТИВЫ: 1. Украина — нацистское государство. 2. Украина милитаризирована Западом, и прекращение войны зависит от ее разоружения. 3. Население восточной Украины хочет, чтобы регион был присоединен к России. 4. Власть в Киеве нелегитимна и преследует русскоязычное население.
ЦЕЛИ: Подрыв легитимности украинского государства и его руководства; оправдание продолжения войны и отказа от перемирия; легитимизация территориальных аннексий; перенос вины за войну на Украину и Запад.
Условиями прекращения огня Россия хочет вынудить Украину к капитуляции
ПОЧЕМУ НАРРАТИВЫ - ФЕЙК: Заявление Сергея Лаврова возобновляет метанарратив, запущенный Кремлем в начале широкомасштабного вторжения: Россия исправляет историческое зло путем «денацификации» и «демилитаризации». В заявлениях Лаврова нацизм представляется как внешний процесс, вызванный Западом, который легитимизирует цели «специальной военной операции» и превращает агрессию в историческую миссию. Эта пропагандистская конструкция призвана уклониться от ответа на ключевой вопрос: почему Россия напала на соседнее государство, не будучи спровоцированной или угрожаемой?
Украина не является нацистским государством. Как и во многих европейских странах, в ней существуют крайне правые группировки и ультранационалистические течения, но они не контролируют власть и не имеют достаточной электоральной поддержки для управления страной. На выборах 2019 года крайне правые партии не прошли в парламент. Вместо этого, партия президента Владимира Зеленского «Слуга народа», представляющая центристские взгляды, получила массовую поддержку избирателей в русскоязычных регионах. Кроме того, Зеленский происходит из еврейской семьи. Трое братьев его деда были убиты во время Холокоста, а сам дед воевал в Красной армии против нацистской Германии. Нацистская идеология запрещена законом как в Украине, так и в западных странах.
Лавров отказывается от любого перемирия, заявляя, что Россия не согласится на прекращение огня, если Украина останется вооруженной. В логике международных отношений такое условие не описывает мирные переговоры, а является требованием капитуляции: от атакованного государства требуется отказаться от способности к обороне, в то время как агрессор сохраняет выгоды, полученные в результате военной агрессии. Фактически подтверждается намерение продолжать войну до достижения благоприятного для Москвы политического результата путем капитуляции жертвы.
«Референдумы» в оккупированных регионах – постановка, режиссируемая Москвой
Глава российской дипломатии делает риторический ход, когда говорит о «реалиях на местах». Изначально эта формула относилась к военной ситуации – контролю над территориями, позициями армии или линиями фронта. Однако впоследствии Лавров переводит дискуссию на волю народа, ссылаясь на так называемые референдумы, организованные в оккупированных регионах. Этот сдвиг акцента полезен российской пропаганде и для объяснения отсутствия явных военных успехов: после многих лет боевых действий в Донбассе российская армия не смогла полностью оккупировать даже Донецкую область, поэтому аргумент военного контроля заменяется ссылкой на волю русскоязычного населения.
Проблема заключается в том, что эти консультации населения не были признаны законными референдумами. Они были организованы в условиях военной оккупации и без участия независимых международных наблюдателей. По этой причине международное сообщество считает их незаконными и не имеющими юридической силы. Генеральная Ассамблея ООН осудила так называемые референдумы, организованные Россией в сентябре 2022 года в оккупированных регионах Украины, и отвергла любые попытки изменить статус этих территорий. В том же духе ЕС и государства-члены ОБСЕ квалифицировали голосования, организованные в некоторых населенных пунктах Донецкой, Луганской, Херсонской и Запорожской областей, как незаконные. Международная пресса сообщила о давлении на население и организации голосования под контролем оккупационных сил, что несовместимо со стандартами свободных выборов.
Кроме того, ссылка на волю народа опровергается социологическими данными, полученными в период вторжения. Опрос, проведенный Киевским международным институтом социологии в мае 2022 года, показал, что большинство респондентов, в том числе из районов, затронутых войной, выступали против территориальных уступок в пользу России. Эти результаты свидетельствуют о том, что нарратив о народной поддержке аннексий не отражает социальную реальность.
«Преследование русскоязычных» — нарратив, используемый в отношении всех стран, на которые нацелена Россия
Идея «преследования русскоязычных» является частью более широкого набора ложных нарративов, продвигаемых Россией в постсоветском пространстве. Такая же риторика использовалась Москвой и в отношении других государств, входивших в бывший Советский Союз, включая страны Балтии, Грузию или Республику Молдова, где Кремль неоднократно заявлял, что русскоязычное население подвергается дискриминации и нуждается в защите.
В случае Украины реальность более сложна. На протяжении десятилетий в Украине действовало относительно либеральное законодательство в отношении использования русского языка в общественных местах, в администрации и СМИ. Только после аннексии Крыма и начала войны со стороны Российской Федерации Киев принял ряд мер, направленных на укрепление роли украинского языка и уменьшение культурного и политического влияния русского языка, который все чаще воспринимается как инструмент давления и внешнего влияния в контексте военной агрессии.
На самом деле, именно русскоязычные общины на востоке и юге Украины оказались в числе наиболее пострадавших от развязанной Россией войны. Многие города, в которых русский язык был преобладающим, — такие как Авдеевка, Бахмут, Покровск и другие населенные пункты Донбасса — были разрушены в результате бомбардировок российской армией. Таким образом, больше всего от российской военной интервенции пострадали именно русскоязычные жители, которых, по утверждениям кремлевской пропаганды, она якобы защищает.
КОНТЕКСТ: Сергей Лавров — один из самых старых министров иностранных дел в мире и главный дипломатический коммуникатор Кремля. Он занимает пост министра иностранных дел России с 2004 года. С начала широкомасштабного вторжения в Украину Лавров стал одним из главных голосов, продвигающих официальную позицию Кремля на международной арене. Еще одной постоянной темой в его выступлениях является ссылка на так называемые «реалии на местах». Этим выражением Лавров передает идею о том, что аннексия Россией некоторых украинских территорий должна быть принята как свершившийся факт в любом возможном процессе переговоров.
Проверить источники:
